limona.online
эротические рассказы
 
Начало | Поиск | Соглашение | Прислать рассказ | Контакты | Реклама
  Гетеросексуалы
  Подростки
  Остальное
  Потеря девственности
  Случай
  Странности
  Студенты
  По принуждению
  Классика
  Группа
  Инцест
  Романтика
  Юмористические
  Измена
  Гомосексуалы
  Ваши рассказы
  Экзекуция
  Лесбиянки
  Эксклюзив
  Зоофилы
  Запредельщина
  Наблюдатели
  Эротика
  Поэзия
  Оральный секс
  А в попку лучше
  Фантазии
  Эротическая сказка
  Фетиш
  Сперма
  Служебный роман
  Бисексуалы
  Я хочу пи-пи
  Пушистики
  Свингеры
  Жено-мужчины
  Клизма
  Жена-шлюшка





Рассказ №9128

Название: Полеся
Автор: =AlyIr=
Категории: Группа
Dата опубликования: Вторник, 14/02/2023
Прочитано раз: 41746 (за неделю: 77)
Рейтинг: 88% (за неделю: 0%)
Цитата: "Поутихло же чуть баловство то у Полеси с особого случая. Как-то шла мимо речки, глядь, а там рыбаки. Посиделок тем вечером не было, а меж рыбаков у костра угляделся ей дядька Звенигород. Вот Полеся и подошла к рыбакам, да и отозвала Захара от костерка внедалёк...."

Страницы: [ 1 ] [ 2 ]


     Что смешно, онравилось ведь Семеникинской самой уверенной скромнице Полесе парней на озорных посиделках за муде тягть.
     Дело с малого началось и с привычного - пускали полем "во цвет" девок парубки накануне того майским днём...
     На изукрашенных самой жизнью Семениках так отродясь повелось: как спускались последни ручьи талых вод, да нагоняли те вешние воды бродяги-ветра, да подымал красно-солнышком голову света свого Ярко Ярил, так и нагнетался в посконы штаны парням жар и дым - было принято юны ватагами в поле отлавливать замешавшихся дев и обряд учинять, первоцвет... Всем над очи вздевался подол, да крепко завязывался повыше косы - ходи теперь так! А поскольку пониже пупа кучерявилось уж у тех дев, то и звалось - "пустить полем как цвет"...
     Вот и надни визгу было того, страмоты, опозору, да баловства иного-разного, когда удалось выследить сторожкую стаю девиц ватаге бездельников и рукоприкладов известных под началом залихватского баловня Соловейки Стержня. На Прогонном лужку, как выкосились уж девки до пообсохшей росы, да возвращались, тикая от настающего знойного солнышка. Тут встречу им и организовал соучастник всех собственных дел смехотвор Соловейка: "Шасть их! Шасть!", кричал, да сзывал с трёх сразу сторон свою засаду, в нечаянные кусты по лужку понасаженную. Появилась засада, забрала всех девок на круг, сразу крепко облапила...
     - Вот мандень, так мандень! - ни в одну из сторон так поветил нагромкую - лишь бы девкам трепеталось, да билось опозором сильней; ну да отбрыкалось всем постепенно уж, долго коротко ли, все с невиденья за по запрокинутыми подолами стали стройны, да покорны, а красивы-то...
     - Смотрины, смотрины йим! - затребовали "атаману" свому пиздоразбойники, как удача была налицо - явный был перевес и не приходилось особо зорко стеречь поутихшую жалкую стайку девах.
     Поставили в круг, всё по чину, сжали девок в кольцо, только лохматки торчат. Да учинили обход - досмотр со вниманием. Девки хоть и зажаты в себе на испуг, но ведь всё на виду - есть на что посмотреть! Опять же, если огладить коленку ей голую, да нечайно понравиться, да потянуть за бархатки-губы в укромно-поджатой щели, то, смотри, и разойдутся на стороны ляжки чуть - суй смело ладонь, бери теперь всей пятернёй хоть под зад... Кто ухитрялся и хуй в тот прощелок у ног завести, потереться с минуту, но с тем осторожничали...
     - У Полеськи егорист до чего стал холмок! - не выдержал, удивился во весь ощеренный рот Сага Степник малой. - С тово года не бачив - окустилась как!
     И впрямь, семнадцатилетие своё Полеся Очакова встречала такими кущами в трусах, что впервой примерявшая белья те на неё с месяц назад для поездки на ярмарку матушка не вынесла вида роскошного дочери и вгромкую высказалась: "Лохматень у тебя, хоть стригись! Вона, с жопы аж прёт, ох и будут любить мужики! . . " Чем привела в стыдобу неимоверную свою "донечку" перед братами младшими и старшей сестрой, проминавшимися в ярмарочном ожидании в соседней же горенке...
     - Ого! - поддержал Сагу Мел-Зимовец. - Дай-к ей поерошу его!
     Полеся и охнула, как почуяла широку крепку ладонь, к ней в трусы пробирающуся. Ножки сжала, что сил, задрожала в пупке.
     - Да сыми ты их вовсе! Вишь - невидаль! Ни одна не в портянках таких, а тут на тебе, надумали - рушником подпоясать пизду! - смехом исходил озорник Соловейка, приблизившись.
     Тут и стреножили Полесю те батистовы трусики, надарённые маменькой к ярмарке - высвободился во все стороны длинный, чёрный, да жёсткий чуть мех, сразу с двух-трёх сторон облапили мужски лапы за жопу, живот, за пизду... Полеся было забрыкалась, но...
     - Княжною, княжною иё! - всвистнулось над лужком.
     Благодарные девки с неделю потом Полесю любили-одаривали особенно: за всех разом пошла! Поотпустили хлопцы девах на стороны, развязываться, а Полеську поставили в "бурелом", опрокинув через свежий снопок. И доколе там девки хихикали, высвобождаясь от пут, да уставившись на "голый страм", хлопцы понавострились в кружок - зорко дрочить на заголённо-расставленную пред их взор девку красную. Рассказчиком Сага пошёл. Подсел под пизду, хуй прёт из мотни, и давай повещать - как и что - всю ватагу...
     - Ого-го! Хороша! Пиздёнка скромна, да поджимиста! Вишь, стесняется - коленки сучит... Жопы булочки розовые, дёргаитца... гуськой дрожит... Зря стеснёна, Полесюшка, ведь не сегодня ебать! . . Волоса, правда, уж охо-го - и прощелок-то еле видать! . . Пахнут нежно, но с новизной...
     - А ты раздвинь ей булки на весь опор, да нюхни - како там? - посоветовал, сгоряча мельтеша кулаком по струку, Кормчий Круг, и был поддержан всеобщим "хмы-гы... ".
     - Хороша Полеська, ох хороша! - совету последовал Сага Степник и развернул Полесю вовсю голытьбу: раздались на стороны торчком волоса, ало раззявилась главная мокра прощелина, а над ней окошко заморщила в лучики и жопына створка коричнева. - Хороша, да на запах вкусна! . . Хлопцы, да гляньте ж только суда! У ниё ж пизда мокрая вся, как ей, видно, невмочь боле терпеть! Вон чиво она жопой подёргиват! . . Ебаться хочет! Только гляди!
     Настропалились порядочно все, один соглядатай не выдержал: смело стрельнул струёй через спинку Полеси позагнутую в товарища, вызвал лёгкий приотпускающий смех... Сага же тут добрался до сути:
     - А зырь: ведь у Полеськи целяк! Ну-ка, ну-к...
     Посильнее ещё взял на стороны тёмноволосые губки её и развёл до невозможности. Целка вся высветилась.
     - Я быть может промну? - приподнялся над ней Сага с хуем своим наперевес, да потрогал у целки той рот своим фиолетовым головуном.
     - Я-ть те промну! - осерчал ни за что на него Ракитка Село. - Они с Андрейкою осенью женятся, чё иму я скажу - где целяк?
     - На хер нужен иму тот целяк! Целоваться что ли с той целкою? - сопнул Сага, водя по Полеськиной сладкой пизде в скользком всё боле прощелке.
     - А хоть и целоваться, тебе-то чего? Мне Матюшка-Андрей званый брат, может нужно иму для чего? - уняться не мог Ракита Село, хоть уже и всё быстрее дрочил, остальных догонял.
     - Извраты обои вы с Матюком! - сплюнул соломинку на сторону из зубов Сага Степник, вымая золупу с пизды, да тужно тыкая в совсем узкую шаколадницу-дырочку...
     - Ах! . . - не вынесла его натужных поталкиваний, да щекочущих ласк в жопе девица-юница, расслабилась, ахнула, жопа тут и не выдержала: бзднула с резвостью так, что раздавшийся кряк будто ветку сломал - столь не присуще всей природной скромности случилась нечаянность!
     Никто ж даже и не заржал - столь напряжён был момент. Вовсе наоборот: дал один струю прямо Полесе на напружиненный зад, второй платье мокрое по? том уж и без того окропил, и пошло - поливали из всех, с попыхами, со стонами-охами, со словами с трудом и красиво оброненными не в бровь, а в глаз...
     Тяжко дышалось Полесюшке на низах сквозь прорехи на подоле, чуть не задыхалась вся. Но пиздой страсть вела - коленки гнулись под ней. Сага перцем болтал всё сильней промеж иё растревоженных до невероять-неги губ - по ляжкам струилось-теклось. А как Полеське почуялось, что трещат на лодыжках треножащие её трусы, так и овнезапилась: запела ласковым голоском своим "А-а-ай!" и по первому прыснула об яйца Саги цвирк-струйкой, девичьим ручьём. Сага отставил хуя, полюбовался на всё, что Полесе взял-натворил: во второй, и в третий - всё сильнее - ручей ударило ему в голый живот, а потом и просто напустило в приспущенные его штаны, дабы помнил, как бередить, мокрым теперь походи! . .
     - Обоссанка! . . Красавица! . . - лишь и молвил в восторге Сага-малой, приставил в ответ золупу к очку Полеси умаявшемуся, да влупил всю струю молока своего закипевшего ей прямо в зад...
     - На, подержь, чем тебя шевелил! - уж потом, как под общий гогот парней, да хихиканье девушек, всучил в высвобожденную ручку окняженной, да оправляющейся теперь Полесе Сага Степник свой увалень-струк; она сжала ладошкой крепко горячее, мужское и липкое, да едва потупила глазки.
     * * *
     Вот с того-то шутливого случая и занялось в Полесе Очаковой то вечернее любострастие на посиделках: как ни сядет с ней парубок рядом - кто бы ни был - сладу нет, так и тянется нежная ладошка иё, будто сама собой, его за муде приласкать. Сама заберётся к иму в полутьме в прореху мотни, перец-яйца нащупает и ну валандать иво, пока липкое в пальчики брызнет...
     Хорошо, когда парни свои, с пониманием, а когда ведь случались и гости нечайные, ведом-неведающие ещё что, да как. Так бывало немало сконфузится оберегаемый собой человек перед тем как отважно прыснёт в ловко-ласковый кулачок изнывающей по хую в ручке Полесюшке...
     Ну а Семиникинским, конечно, ничто - те и сами парни не промах! Уж по всей деревне известен тот стыд, оттого и не в ходу - невозможно ведь, скажем, девушке без постыда и излишней скромности даже семечков себе попросить у хлопца или пряник какой. Как ни залихватски лузгает семечки те он свои, а лишь сунь иму руку в подставленный добро карман - нет кармана там просто и всё! И встретит ладошку доверчивую вместо жареных семечек один только трепетный хуй... Вот и мяли те "пряники" на посиделках юны девицы почти почём зря, без стеснения. Как свечереет лишь чуть, да затянутся песни протяжные греющие, так и выпятят во всю мощь под штанами свои солоба гарны парубки. Но кого как из девушек приходилось к хую приручать: кто покорна была и смело гладила, залупляя и балуясь; кто лишь пальчиками голову богатырю через шкурку придушит и так держит; кого вообще нужно было саму за пизду потерзать с полувечера до темна, чтобы лишь прикоснулась, словно внечай... Полеся же славилась всей деревне той редкою скромницей, которая и вовсе не допускала ничто, а тут...


Страницы: [ 1 ] [ 2 ]
Сайт автора: http://lastonka.narod.ru



Читать также в данной категории:

» Gang-Bang для всей семьи. Часть 3 (рейтинг: 61%)
» Групповушка с Людкой (рейтинг: 36%)
» День рождения (рейтинг: 72%)
» Отпуск для прокурора. Часть 2 (рейтинг: 65%)
» Свидание по сицилиански. Часть 2 (рейтинг: 88%)
» Как я проиграл сестру Ленку. Часть 1 (рейтинг: 42%)
» Зимняя практика. Часть 3 (рейтинг: 46%)
» Поездка (рейтинг: 32%)
» Ночная смена. Часть 2 (рейтинг: 0%)
» Мамочка (рейтинг: 35%)







- Вот! Что из этого следует... - Максим на секунду умолкает, обдумывая свою мысль. - А следует из этого вот что... Почти все люди от природы бисексуальны, то есть сексуальное удовольствие могут получать как с лицами пола противоположного, так и с лицами пола своего - это, как говорится, аксиома. Что происходит далее? Попадая в армию, парни на достаточно длительный срок лишаются возможности общения с лицами противоположного пола, то есть всё это время они находятся среди лиц пола своего, и это длительное нахождение в однополой среде не может не обострять у многих парней изначально присутствующую - природой данную - способность к однополому сексу, а это, в свою очередь, неизбежно ведёт к тому, что многие парни, постоянно находясь среди других парней, начинают подсознательно или даже осознанно чувствовать некую постоянно присутствующую возможность перерихнуться-покайфовать - возможность, обусловленную самой ситуацией длительного пребывания в однополом коллективе. Всё это - с одной стороны. А что мы имеем с другой стороны? А с другой стороны - на однополый секс в сознании многих до сих пор наложено сильнейшее табу как на что-то постыдное, неестественное или даже заведомо невозможное. И - что получается в результате? В результате возникает некий внутренний конфликт - конфликт между подсознательным желанием секса и таким же подсознательным сдерживанием себя, то есть конфликт между человеческим либидо и так называемой половой моралью. И вот он-то, этот конфликт, возникающий на стыке секса и морали, и вызывает ту самую агрессию, которая в изобилии присутствует в армии и которая называется словом "дедовщина". Смотри еще раз, что получается: пацаны, отслужившие полтора года, после отбоя поднимают других пацанов, только-только призвавшихся, ведут их в каптёрку, в умывалку, в туалет, в любое другое место, удобное для "воспитания", и там, используя какой-нибудь пустяк в качестве формального обоснования своих придирок, начинают над нами, такими же пацанами, издеваться-куражиться, проявляя при этом лишь на первый взгляд немотивированную агрессию... а агрессия эта вполне мотивирована: одни парни - сами, быть может, того не осознавая - вымещают на других парнях, им подвластных, свою хроническую неспособность переступить через табу... вот о чём я сейчас подумал! В основе всяких издевательств, именуемых армейской дедовщиной, лежит неудовлетворенное либидо: девчонок нет, и можно было бы кайфовать с парнями, но кайф с парнями считается недостойным "настоящего мужчины", а значит - с парнями нельзя... вот где собака зарыта! Дедовщина - это наизнанку вывернутое гомосексуальное желание, пусть даже внятно и не осознаваемое... но механизм здесь присутствует тот же самый, что и в основе гомофобии, и в этом смысле дедовщина есть ни что иное, как форма скрытой - не буквальной, а опосредованной - гомофобии... согласен?
[ Читать » ]  


Виктора просто испортили все эти деньги, и он стал другим. Он даже забыл за десять прожитых уже лет, кем он на самом деле был до этого. Но, вот, почему-то, вдруг вспомнил. Вспомнил, это кем он был до этого. Вспомнил этот ему теперь кажущийся странным сон. Так вот внезапно. И ему показалось, что подошла какая-то незримая черта в его жизни теперешнего миллиардера и владельца банков и заводов. Черта, заставившая все вспомнить и напрячься от подступившего внутреннего волнения и страха. Страха за себя и свою теперь семью. Этот сон, который забылся лет десять назад.
[ Читать » ]  


- Простого мужа мне не надо, а Воину готова отдать свое девство. Никому я не обещалась, под розгой "симпатию не показывала" и только батюшка мне кровь разгонял.
[ Читать » ]  


Когда Юрка кончил и вынул хуй изо рта, мама застонала... "Оооох, Андрюшенька: понежнее". К этому времени, в ее пизде шуровали уже четыре пальца, погружаясь все глубже. Наконец, пальцы полностью оказались внутри, и мама завизжала... "Ооооооооох. . бля!: БЛЯ!!! Ооох: ооох: ооох" , подмахивая трахающей ее руке и пощипывая себя за соски. Потом. Когда она уже притерпелась к боли от фистинга, она кончила опять - непонятно, от руки ли от языка, сосущего клитор. Андрей вытащил руку из пизды, поднялся на колени, и слился с мамой в глубоком поцелуе.
[ Читать » ]  


© Copyright 2002 limona.online. Все права защищены.

Rax.Ru