limona.xyz
эротические рассказы
 
Начало | Поиск | Соглашение | Прислать рассказ | Контакты | Реклама
  Гетеросексуалы
  Подростки
  Остальное
  Потеря девственности
  Случай
  Странности
  Студенты
  По принуждению
  Классика
  Группа
  Инцест
  Романтика
  Юмористические
  Измена
  Гомосексуалы
  Ваши рассказы
  Экзекуция
  Лесбиянки
  Эксклюзив
  Зоофилы
  Запредельщина
  Наблюдатели
  Эротика
  Поэзия
  Оральный секс
  А в попку лучше
  Фантазии
  Эротическая сказка
  Фетиш
  Сперма
  Служебный роман
  Бисексуалы
  Я хочу пи-пи
  Пушистики
  Свингеры
  Жено-мужчины
  Клизма
  Жена-шлюшка

Рассказ №1324

Название: Судьба
Автор: Ольга Туманова
Категории: Романтика
Dата опубликования: Пятница, 24/05/2002
Прочитано раз: 90972 (за неделю: 12)
Рейтинг: 89% (за неделю: 0%)
Цитата: "Зима стояла неснежная. Сугробы, что остались неубранными после раннего снегопада, давно осели, пропитались копотью и лежали вдоль дорог низким убогим бордюрчиком. Ветер, не утихая, гнал прочь случайные снежинки и хлестал в лица прохожих песком и мерзлой землей. ..."

Страницы: [ 1 ] [ 2 ] [ 3 ] [ 4 ] [ 5 ] [ 6 ] [ 7 ] [ 8 ] [ 9 ] [ 10 ] [ 11 ] [ 12 ] [ 13 ]


     Зима стояла неснежная. Сугробы, что остались неубранными после раннего снегопада, давно осели, пропитались копотью и лежали вдоль дорог низким убогим бордюрчиком. Ветер, не утихая, гнал прочь случайные снежинки и хлестал в лица прохожих песком и мерзлой землей.
     Стройная девушка в удлиненном бежевом пальто с пушистым воротничком из норки и такими же пушистыми манжетами на узких рукавах шла улицей, низко опустив голову и думая о своем. Мельком глянула на светофор. Перешла на другую сторону и пошла было по той же улице, но остановилась, постояла в раздумье и свернула.
     И женщина средних лет, что торопилась навстречу, остановилась, посмотрела на девушку и пошла следом.
     Алена Муратова шла привычной дорогой от пединститута к научной библиотеке, но вспомнила, что идет не заниматься, а искать комнату: общежитие студентов филфака срочно закрывали на ремонт.
     Три девочки, что жили в одной комнате с Аленой, разъезжались, кто куда: к дальней родственнице, к давней подруге матери, а Алена учиться в Хабаровск прилетела с Сахалина, и родственников на материке у нее не было. Была, конечно, где-то родня, но ни Алена о той родне, ни та родня об Алене не знали ничего, да и жила родня не на Дальнем Востоке, а в средней полосе России.
     Так, в раздумье, Алена дошла до киоска "Горсправки". Сразу за киоском на глухой стене углового дома висели стенды с объявлениями, возле которых всегда толпились люди, и даже сейчас, когда в городе царили стужа и ветер, стояли, и небольшими группками и по одиночке, и чего-то ждали.
     Алена шла от стенда к стенду, глаза ее бежали по стандартным бумажным квадратикам, и на всех объявлениях было подчеркнуто красным карандашом одно и то же слово: "меняю", и лишь на самом дальнем стенде замелькали "продам", "куплю"...
     - А вы, девушка, что меняете?- строго спросил женский голос.
     - Я не меняю. Мне комнату надо, - оборачиваясь, отозвалась Алена.
     - А-а-а...- сказала женщина, уже отворачиваясь и отходя от Алены, и в тоне ее, и в поджатых губах, что увидела Алена, прежде чем женщина развернулась к ней спиной, было такое пренебрежение, что девушка смешалась: за что?!
     Тяжело ступая, словно ее тянули к земле и мешковатое пальто блекло-зеленого цвета, как бы выгоревшее на июльском солнце или полинявшее от частого кипячения, и дурно скроенная мужская шапка из волчьего меха, грузная женщина уже отошла в центр площадки к небольшой группке людей и что-то говорила, поглядывая в сторону Алены, и Алене представилось, что вся стайка глядит на нее недобро, и ей стало бесконечно неуютно здесь, на пятачке, и захотелось скорее уйти прочь от недобрых глаз, но уйти ей было некуда, ей нужен был ночлег, хоть какой-то, хоть на первое время, и она вновь обернулась к стенду. Теперь она читала объявления вдумчиво, боясь пропустить нужное, но после слов "меняю", "продам", "куплю" одно за другим пошли "сниму"...
     - Ты что, девушка, ищешь? - тихо спросил сзади женский голос, и Алена внутренне сжалась, стремясь стать неприметной, и притворилась, что не слышит голоса, но голос тихо, но настойчиво спросил: "Тебе комната нужна? Ты студентка?" - и уже нельзя было его не слышать, и обречено Алена обернулась, и робко кивнула: "Да".
     - Пойдем, - тихо и твердо сказала женщина. Она была немолодая, невысокая и худенькая, одетая в не новую, но добротную мутоновую шубу, мех не был усталым, уж в этом Алена, как дочь охотника, разбиралась неплохо, видно, женщина не носила шубу всю зиму, не снимая, были у нее и другие вещи; голова женщины была окутана теплым пуховым платком, платок был хороший, доро- гой, но темный его цвет не красил женщину, придавая землистый оттенок белой тонкой коже.
     - Пойдем, - повторила женщина и пошла, словно бы и не сомневаясь, что Алена тут же пойдет за ней следом, и Алена и пошла, не успев ни обрадоваться, ни удивиться, лишь думая: далеко ли? Хотела спросить и тут же подумала, что спросить сначала нужно, сколько женщина хочет за квартиру и можно ли будет рассчитаться потом, потому что не хочет Алена пугать маму телеграммой, а хочет спокойно и обстоятельно объяснить ей все в письме. Алена от волнения глотнула морозный воздух, но вопрос задать не успела; как будто слыша ее мысли, женщина все так же тихо заговорила сама:
     - Идем. О деньгах не беспокойся. Здесь я живу, на бульваре. Рядышком. До института своего за десять минут добежишь. - Она остановилась и, Алену придержав за рукав, подождала, пока две легковушки, медленно скользя по обледенелому асфальту, проехали перед ними, и, для верности, еще раз глянув налево, пошла вперед, и Алена удивилась: широкий бульвар с сере- бристыми шапками высоких мощных деревьев шел параллельно главной улице города, и сквозь снег сплошь проступали контуры клумб, и нетрудно было представить, как красив, тенист и уютен бульвар в летний день, а Алена, прожив в городе больше двух лет, даже не знала о нем. Главный проспект, на котором стояли и институт, и общежитие, шел мимо трех театров, мимо художественного музея, мимо двух кинотеатров и филармонии к научной библиотеке, он шел мимо центрального универмаге и Дома книги и спускался долгой лестницей к Амуру - прибрежному парку, стадиону и городскому пляжу - и вмещал в себя все, что составляло городскую жизнь Алены.
     - Вот в этом доме, угловом, я и живу. И ты со мной поживешь. Денег с тебя я много не спрошу, не волнуйся. На еду только. Талоны твои отоварим, если сумеем. И будешь со мной и обедать, и завтракать. Нечего по столовым бегать, небось, экономишь на еде? Потом начнутся болячки, поздно будет гадать, почему да отчего, а тебе еще детишек рожать, - она вновь вздохнула, -даст Бог. И мне - одной тарелкой супа больше сварить, одной меньше - какая разница. Да и так все время еда остается, привыкла я помногу готовить...
     Женщина все говорила и говорила, негромко, глядя то на дорогу, то себе под ноги, то на свой дом, что стоял скошенной буквой г.
     "Зачем же в доме чужой человек, если нет нужды в деньгах?"- растерянно подумала Алена и глянула удивленно на женщину, но та не заметила ее взгляда, она хоть и разговаривала с Аленой, но думала, видно, о своем. Алена заметила седину, незакрашеную, но не броскую в светлых волосах, и черноту под светлыми глазами, что при первом взгляде показались ей темными. На лице женщины не было никакой косметики, даже губы были неподкрашенны, оттого и казалась она женщиной немолодой, хотя вот так, вблизи, видно, что она, пожалуй, моложе Алениной мамы. Но мама - красавица, - и Алена вздохнула. - Мама далеко.
     На курсе кое-кто из девочек жил на квартире, и Алена ни раз слышала, и берут за квартиру немало, и претензий много: посторонних не приводить, поздно не возвращаться, ночью не вставать... а тут... и Алене стало тревожно: зачем она понадобилась этой женщине? Богатое художественное воображение Алены вмиг уже готово было развернуть мрачные картины на темы Эдгара По или маркиза де Сада, но тут Алена вновь глянула на женщину и устыдилась своих подозрений, таким печально светлым было ее лицо, такой - маминой - добротой веяло от осторожной руки, уберегающей Алену от каждой машины, мелькнувшей вдалеке, от скользких обледенелых ступенек, от тяжелой парадной двери, и покладистое воображение Алены тут же предложило иной вариант: дети разъехались, и в пустом доме по ночам страшно одной... сердце болит, а телефона нет и некому сбегать ночью за скорой... и полы мыть самой теперь трудно...- Однако, отчего же деньги не взять за квартиру, хотя бы небольшие? Ведь столько желающих... и так все стало дорого. И вновь шевельнулось неприятное сомнение. Но тут женщина остановилась перед аккуратно оббитой коричневым дерматином дверью и со словами "Ну вот мы и пришли" впустила Алену впереди себя в квартиру.
     Квартира, где жила Ульяна Егоровна Лагутина, была небольшая, из тех, что именуются в народе хрущевками. В маленькой прихожей пальто, что висели на вешалке, аккуратно прикрытые занавеской, едва не касались противоположной стены; в углу, за ве- шалкой - овальное зеркало в металлической оправе, под ним, вместо туалетного столика, прикреплена к стене полированная доска коричневого дерева, под доской, прикрытая чехлом, стояла стиральная машина.
     В маленькой кухоньке впритык друг к другу - столик, холодильник, плита и буфет, и свободного пространства оставалось так мало, что на нем не шагнешь ни вправо, ни влево (хотя куда и зачем тут шагать? Все рядом, все под рукой, и с места сходить не надо, чтобы достать хоть что из холодильника, из буфета или из навесных шкафчиков).
     Крохотной была и ванная, где кроме маленькой полочки и зеркальца ничего и не вместилось. Но в квартире было три комнаты, и все в ней было так чисто и ухожено, что Алену c порога окутало уютное тепло дома. Как трудно с квартирами, так долго стоят в очереди, а тут - одна, и три комнаты,- молча удивилась Алена, и вновь хозяйка словно услышала ее немой вопрос:
     - Дочка у меня взрослая, замужем за офицером, трое детей, по всей стране катаются. А закончит служить - ни кола, ни двора. Везде у них квартиры временные, то служебные, то чужую снимают. А я им эту сберегу.
     Ульяна Егоровна открыла дверь в маленькую комнату, залитую солнечным светом. На широком подоконнике роза, приподнимая ажурный тюль, тянулась в комнату большим ярко-розовым цветком. В углу, у окна, стоял убранный светлым пледом диван, над диваном висел на стене ковер с сочным малиновым рисунком, и маленький бордовый коврик лежал на полу. У другой стены стоял небольшой письменный стол, над ним - книжная полка. Рядом со столом - плательный шкаф, а рядом с диваном - маленькая тумбочка, на ней - настольная лампа и транзисторный приемник. Приемник был включен, и в комнате тихо и задушевно играл духовой оркестр.


Страницы: [ 1 ] [ 2 ] [ 3 ] [ 4 ] [ 5 ] [ 6 ] [ 7 ] [ 8 ] [ 9 ] [ 10 ] [ 11 ] [ 12 ] [ 13 ]



Читать также:

» Самые последние поступления
» Самые популярные рассказы
» Самые читаемые рассказы
» Новинка! этого часа


В стране Сексии удивительное телевидение. Хуйливер не мог оторвать взгляд от передачи - "Мокрое звено - слабое очко". Все семеро участников, а точнее участниц стоят голенькие. Ведущая с плёточкой вокруг них похаживает и задаёт вопросы Не сложнее 7 на 8 перемножить, или какой день перед четвергом, интересуется. Но во время ответа участницу отвлекают несколько помощников, коих из тени не видно и только их руки в перчатках умницу за все интимные места теребят, когда она вопрос слушает и отвечает. Когда раунд из десятка другого вопросов закончится, девочки согреются, выбирают "слабенькое зазвено". Но у ципочки есть ещё шанс забрать выйгранные командой деньги с собой, если она не потечёт, устояв под ласками своих однокомандниц, коим даётся право её возбуждать связанную минут 10, всеми доступными способами, пока их самих ведущая по задам розгой обхаживает. Редко кто из проигравших устоять может, обычно датчик влажности, торжественно вводимый в срамные прорези участниц, перед началом состязания начинает пищать довольно быстро. Тогда проигравшая получает титул "мокрое звено", и по заднице розгой, от ведущей - ударов по числу тугриков кои у команды отспорить хотела. Во время этой порки участница шоу прочно закреплённая в колодки обычно передаёт приветы родным, знакомым и коллегам по работе, которые смотрят передачу в городах: Сракт Сортиркруг, Хуя, Ебаново, Срамск, Хамск, Новопердыкск, и самой Красно - Пердольной Моркве., и говорит, что о подругах по команде думает. После этого почёсываясь покидает студию без выйгрыша и разумеется без штанов.
[ Читать » ]  


Теперь он доставал ей еще глубже и начал движения резкие, сильно прижимаясь к ее лобку своим. В ее влагалище хлюпало, с каждым его толчком оттуда выбрызгивалась теплая влага прямо ему на мошонку, от этого он заводился все сильнее, и это передавалось ей. Однажды даже брызнула короткая тугая струйка не снизу, а сверху. Он тогда заработал часто-часто, всаживая как можно глубже и сильнее, она от этого уже не застонала, а взвыла, и в такт его толчкам из ее горла вырывалось "А-а-а-а...". Наконец, стенки ее влагалища начали конвульсивно сокращаться, она еще сильнее выгнулась навстречу ему, и тут он тоже стал кончать, рыча и содрогаясь.
[ Читать » ]  


А мой пальчик начинает кружить вокруг другой твоей дырочки, которая выставлена прямо ему навстречу. От этим ласк твоя попочка подергивается, и ты уже готова заглотить и его. И вот он входит совсем неглубоко, только на одну фалангу он раздвигает узенькую дырочку. Я чувствую, как горячо становится моему члену. И тогда мой пальчик входит полностью в твою попку. Между ним и членом остается лишь тоненькая перегородка, сквозь которую я чувствую все движения. Увеличивая темп, заполняя обе твои дырочки, я приближаю тебя к самому пику. Твои напряженные нервы словно просят: "еще, еще! Бери меня, я твоя!". И вот ты вскрикиваешь, резко нанизываешься до самого основания моего орудия, и исступленно содрогаешься в экстазе. Я до предела возбужденный, не в силах больше сдерживать себя, выстреливаю струю спермы внутрь тебя, и она расстекается по разгоряченому лону, заполняя его пустоты...
[ Читать » ]  


После занятия любовью мы легли с Игорем смотреть какую-то эротику по видику. Он был абсолютно голый, а я - в одной его рубашке. Игорева рука лежала у меня между ног, а моя - на его члене. По телевизору шел фильм про пятнадцатилетнюю девчонку, которая хотела устроиться работать фотомоделью. Приемная комиссия заставила её раздеться до трусов. Это была очень симпатичная блондинка. Игорев член в моей руке немного увеличился в размере. Далее по сюжету фильма девчонка оказалась наедине с председателем приемной комиссии. Он сказал, что для победы в конкурсе необходимо показать не только свои внешние данные, но и кое что еще. При этом он расстегнул свои штаны.
[ Читать » ]  


© Copyright 2002 limona.xyz. Все права защищены.

Rax.Ru